Человек отменяется

В своей небольшой статье Льюис поднимает фундаментальные вопросы касающееся человека. В каком мире человек живет и как познает, воспринимает его? Чем сформированы суждения конкретного человека и человечества, насколько они независимы, свободны или обусловлены? Имеет ли человеческое познание границы, которые нельзя переступать?

1) Восприятие или реальность?

В первой главе Льюис рассматривает школьный учебник словесности, как пример, так называемого, обновленческого подхода в познании. Незамысловатой притчей авторы показывают школьникам, что наше описание, воспринимаемой нами действительности являются на самом деле не описанием самой этой действительности, но проекции наших собственных чувств.
Авторы показывают как обманчивы чувства, как легко ими манипулировать, и призывают школьников к «разумности». Однако заодно они и уничтожают весь смысл какого-либо познания. Не имеет значения объективно ли природа величественна, история интересна и захватывающая, а поэзия или прекрасна. Мы должны понимать что это лишь наши чувства, наше субъективное представляют мир, история и литературы такими. Мы должны быть разумны. Но что же тогда познавать и как познавать, если все наше познание это лишь субъективная проекция? В этом конечно нет никакого смысла. Авторы лишают детей стимула в познании, ведь объективного знания быть не может. Они лишают их и объективно существующего мира. Чрезмерный акцент на субъективности, независимости человеческого разума совершенно выбивает из него почву из под ног. Он провисает и сам превращается в ничто.

Льюис подводит нас к выводу, что мы не просто воспринимаем что-либо так или иначе, но оно действительно должно таковым быть. Познавая мы не можем до конца задавать вопросы, мы должны на каком-то этапе остановиться и признать объективность того, что мы видим. Я совершенно согласен с Льюисом тут. Бог сотворил мир познаваемым, наделил его определенными качествами и наделил человека определенным восприятием вещей. Потому мы, живя в Божьем мире и познаем то, что действительно существует, и воспринимаем это так, как Бог предписал нам. Величественный водопад действительно таков, потому что указывает на величие и красоту Создавшего его и нас, и вызывает в нас то же восприятие, потому что Бог заложил в нас способность видеть и чувствовать величественное.

2) Естественный закон, инстинкты или абсолютная свобода?

Существует ли набор ценностей, который действительно присущий человечеству, и которым человек не вправе пренебрегать, но обязан жить и развиваться согласно с этим ценностям? Очевидно, что мы живем в мире и обществе, где есть ценности. Человек является ценностью. Свобода — это ценность, любовь — ценность, удовольствие — ценность, правда и справедливость — ценность, право — ценность. Насколько эти ценности реальны? Вправе ли человек подвергнуть их сомнению, переистолковать, сформировать для себя иной набор ценностей или отказаться от всяких ценностей вообще?

Когда мы подчеркиваем независимость человека, его свободу, а также признаем силу его разума, у нас появляется искушение задаться подобными вопросами и люди делают это. Они решают сами сформировать свое ценностное кредо. И однако, если попробовать сделать это, то становится ясно, что отвергнув существование этого объективного набора ценностей, который действительно существует, и которому человечество обязано следовать, человек просто потеряет свою человечность. У него не останется никакой основы для того, чтобы создать другой набор ценностей. Выбор тех или иных ценностей никак не сможет быть объяснен рационально. Если мы лишь руководимся инстинктами, то нам и не нужны другие ценности, нечего их и определять и вообще об этом думать. А в ином случае другой основы, чем существование «дао», естественного закона, нам не найти. Льюис пишет:

То, что я для удобства назвал дао, а другие называют естественным законом, или традиционной моралью, или первыми принципами практического разума, или прописными истинами — не просто одна из ценностных систем, а единственный источник любой ценностной системы. Отвергнув дао, мы отвергаем всякую ценность. Оставив малую часть, мы оставляем все. Попытка построить другую систему ценностей содержит противоречие.

3) Человек отменяется?

Предположим однажды человек действительно постигнет сущность своего Бытия. Он познает себя самого, раскроет причины своей ценностной карты, своего самого познания. Что случится тогда? Такой человек создаст новое человечество, или новый вид существ, по своей прихоти. Он не передаст им дао, он передаст им то, что захочет сам, сконструирует его по своей воле. Подобно тому, как компрачикосы делали из детей уродцев по своему вкусу, с помощью нехитрых или хитрых плотских приемов, так и постигший тайну человека будет лепить новых тварей, закладывая в них те или иные качества по своему капризу. И тогда такое человечество умрет. Оно никак не сможет выжить. Льюис пишет:

Истинный смысл происходящего скрыт от нас абстракцией «человек». Слово это — совсем не всегда абстракция. Пока мы не вышли за пределы дао, мы вправе говорить, что человек владеет собой, и значит это, что он подчиняется нравственным правилам. Но стоит нам перешагнуть границу, и мы теряем это право. Никаких человеческих свойств для нас уже нет», а владеть могут только некие существа, работающие над теми, кто сменил человека. Нарочно или нечаянно, почти все мы помогаем произвести на свет эти существа.

Share Button

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>